У него ничего не вышло, и он начал яростно кусать и рвать траву и кататься по ней, пока слегка не отдышался и не стал вновь что-то видеть.
Поматывая косматой головой, которую облепили комья земли, травинки и мох, он помчался на ферму, ожидая, что уж там ему помогут избавиться от непонятной причины его мучений. Повизгивая, он поскребся в дверь, но его не только не впустили внутрь, но с поношениями прогнали метлами прочь. Ему пришлось с позором удалиться в укромный уголок между сараем и хлевом и там охлаждать горящую морду под прохладным ветром и в сырой земле. На следующий день кто-то из работников, не скупясь на нелестные замечания в его адрес, беспощадно вымыл его едким мылом, после чего под корень состриг всю его косматую красу. Тем не менее вновь в дружеский уют теплой кухни он был допущен лишь неделю спустя.