И едва ближайшие газели снова принялись подпрыгивать, гиены заметались. Теперь уже прыгали тысячи газелей. Гиены ворвались в море танцующих, отбегающих, кружащихся животных, которые сливались в одну бесформенную, безликую добычу, а потому по отдельности оставались неуязвимыми.
Грозовые тучи унеслись на юг. Гиены измучились прежде, чем успели утомиться газели, и стояли бок о бок, высунув язык, а с очистившегося неба на них лились палящие солнечные лучи. Шагах в ста от них газели расположились прежним порядком во главе с самцом, который увидел, что опасность миновала, и, опустив голову, начал щипать траву. Газели, одна за другой, последовали его примеру. Гиены словно поняли, что их присутствие здесь излишне, и неуклюжей рысцой затрусили прочь.